mysliwiec

"Всяка денаціоналізація зводиться до поганого виховання, до моральної недуги,
до неповного використання неявних способів спрймання, засвоєння чи ослаблення енергії думки,
до гидоти запустіння на місці витіснених, але нічим не замінених форм свідомості,
до ослаблення зв'язку підростаючих поколінь з дорослими, що замінюється лише кволим зв'язком із чужими,
до дезорганізацію суспільства, аморальності, спідленню"
© Олександр Потебня

Ирония судьбы в том, что эти русские и есть бывшая, но уже обрусевшая ( отученная от языка предков) мордва.

Как о «государственных крестьянах» говорил о мордве 100 лет назад Н.Н. Оглоблин:
«Мордва избежала помещичьего крепостного права, – пишет он на страницах «Исторического вестника», – со
всеми прелестями которого она могла воочию познакомиться на примере своих соседей-русских, помещичьих крестьян… Справедливо находя большую разницу между своим довольно свободным положением государственных крестьян и
полным рабством русских помещичьих крестьян, мордва, естественно отличала себя от русских и смотрела на последних как на … по рукам и ногам закрепощенную народность…».

По данным современного мордовского историка В.К. Абрамова, у мордвы лишь 2 процента хозяйств были помещичьими (самыми эксплуатируемыми и бесправными), 66 процентов – государственными и 32 процента – удельными,
тогда как у русских крестьян половину всех хозяйств составляли помещичьи, более 39 процентов – государственные и почти 11 – удельные.

Социально-экономическое положение не могло не сказаться на нравственно-психологическом типе народа.
Именно с социальными обстоятельствами связывает Н.Н. Оглоблин следующую характеристику мордвы:
«В характере местной мордвы, – читаем в очерке «В Мордовском крае», – невольно наблюдается какое-то горделивое спокойствие, порядочность и сдержанность, полная сознания своего достоинства и чуждая всякого рода выходок, резкостей,
крайностей.
Посмотрите, с каким достоинством и как свободно мордвин с вами говорит, как непринужденно раскланивается, как легко протягивает вам руку, если вы достаточно с ним знакомы, не обращая внимания на разницу в бщественном положении между им и вами.
Все это невольно бросается в глаза, особенно при сравнении с местным русским крестьянством, на котором и доселе еще не успели изгладиться следы недавнего рабства, с его приниженностью, холопством, заискиванием пред высшим и т.п. несимпатичными чертами».

Таким образом, черты... представляют собой результат

общих социально-экономических условий. Эти условия, в свою очередь,

составляют продукт «природы страны».

Юрий Мишанин

Саранск

ЭТНОКУЛЬТУРНЫЙ ПОРТРЕТ МОРДВЫ В КОНТЕКСТЕ РУССКОЙ

ЖУРНАЛИСТИКИ КОНЦА XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА

http://fu11.btk.ppke.hu/attachments/VII.%20k%C3%B6tet.pdf

* * *
P.S.
Не хочет видеть Юрий Мишанин только одного, но главного - русские о которых здесь идет речь, это не приехавшие невесть из каких краёв сюда люди, а тоже испокон веков живущая здесь та же, но уже обрусевшия мордва.
Косвенно и здесь подтверждается тезис о том, что государство ( государственные крестьяне управлялись чиновниками) по сравнению с частными предпринимателями (помещиками) неэффективный хозяйственник и в вопросе делания из коренного населения России русских, тоже
Государство как неэффективный хозяйственник , не преуспело в обрусении своих рабов (крепостных государственных), а частные владельцы рабов (в России любят эвфемизм "крепостные") - помещики, старались для личной выгоды больше, и потому преуспели в их обрусении (денационализации) намного лучше.
Хотя терминологически правильнее говорить не обрусевшая, а "денационализированная до степени русскости" мордва.
Тогдашние тамошние русские, это та же мордва, но уже растерявшая в процессе денационализации=обрусения, моральные устои своих предков.
Мордва, променявшая род свой по отцу и матери, на честь и гордость стать служивым рабом Империи.